вопрос:

При каких обстоятельствах суд признает сделки с жилыми помещениями недействительными?

Опубликовано: 31 марта 2009, 20:01

Ответ: Сделки граждан и юридических лиц с принадлежащим им имуществом, а в особенности с недвижимостью никогда еще не получали такого размаха, как сейчас. Масса людей хоть раз в своей жизни сталкивается с необходимостью заключить сделку, связанную с куплей-продажей, обменом дарением или приватизацией жилья.

Сделка может быть признана недействительной по нескольким основаниям, установленным § 2 гл. 9 ГК. Применительно к сделкам с жилыми помещениями распространенными основаниями для признания сделок недействительными бывают ситуации, когда совершенная сделка была притворной (ст. 170 ГК). Например, для того чтобы не разыскивать сособственника квартиры, который имеет пре имущественное право покупки доли собственности продавца, вместо договора купли-продажи жилого помещения заключается договор дарения. Заключение мнимых сделок (ст. 170 ГК) практикуется при обменах (менах). Лица, совершившие обмен (мену), по обыкновению это родственники, не вселяются во вновь приобретенные по обмену жилые помещения. Очень часто жилищные мошенники используют этот вид договора, причем заявляют о существовании договора мены лет через пять после его подписания. Естествен но, что родственникам (наследникам) лица, якобы обменявшего свое жилье, приходится признавать такой обмен мнимым, ведь их родственник никуда не выезжал и в его квартиру никто не вселялся.

Другой часто применяемой статьей при признании сделок с жилыми помещениями недействительными, вне зависимости от вида сделки, является ст. 177 ГК. Признать сделку не действительной по ст. 177 ГК можно в случаях, когда гражданин, хотя и не признанный судом недееспособным, при совершении сделки не способен был понимать значение своих действий или руководить ими. Неспособность понимать значение своих действий и руководить ими устанавливает судебно-психиатрическая или судебно-наркологическая экспертиза или две эти экспертизы совместно (комплексная экспертиза).

Как показывает судебный опыт, в основном экспертиза признает гражданина не способным понимать значение своих действий или руководить ими только при наличии медицинской документации, подтверждающей соответствующий диагноз. При этом вряд ли экспертиза даст положительный ответ, если на «момент заключения сделки» заболевание не было зафиксировано лечебным учреждением. Свидетельские показания о психическом состоянии гражданина, совершившего сделку, обычно не являются для суда доказательством, на основании которого можно установить, что гражданин, совершивший сделку, находился в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими.

Обезопасить себя при приобретении жилья можно, если вместе с продавцом получить справки из психоневрологического диспансера и наркологического диспансера по месту жительства владельца жилья, желающего произвести отчуждение своей собственности.

Не все сделки, заключенные гражданином в момент «не понимания», могут быть признаны недействительными, а только те, которые повлекли ухудшение жилищных условий такой стороны сделки.

Очень трудно признать недействительной сделку, совершенную под влиянием заблуждения (ст. 178 ГК). Как указывается в ст. 178 ГК, существенное значение имеет заблуждение относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможность его использования по назначению. Например, пожилая женщина, которая плохо видит и слышит, малограмотная, считала, что заключает договор пожизненного содержания, а на самом деле заключила договор купли-продажи с пожизненным проживанием. В этом случае сделка может быть признана недействительной, так как имеет место непонимание природы сделки, при том, что наличие заблуждения такой старушке удастся доказать. Применительно к сделке по обмену или купле-продаже жилой площади заблуждение относительно качеств жилого помещения (предмета сделки) может играть существенную роль, в частности при обнаружении в приобретенном жилом помещении таких существенных дефектов, которые не могут быть устранены путем ремонта.

В большинстве же случаев по данной статье ошибочно обращаются в суд, полагая, что существенным является заблуждение, когда, например, даря квартиру, гражданин полагал, что одаряемый будет его любить и опекать, а последний не оправдал его надежд. Однако это уже мотив сделки, а из ст. 178 ГК следует, что заблуждение относительно мотивов сделки существенного значения не имеет.

Распространенным основанием для признания сделки недействительной по ст. 179 ГК является заключение сделки на крайне невыгодных для себя условиях вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона воспользовалась. Чтобы приобретателю жилья не судиться по этим основаниям, не стоит заключать сделку, в которой указана явно заниженная цена.

Другие основания ст. 179 ГК: обман, насилие, угрозы, злонамеренное соглашение представителя одной стороны с другой стороной, применяются к жилищным сделкам в гражданском судопроизводстве в основном в случаях, когда приговором суда по уголовному делу установлены вышеперечисленные преступные деяния.

Перейдем к особенностям сделок с жилыми помещения ми, совершенных с нарушением закона (ст. 168 ГК). Весьма распространенным нарушением закона при про даже или ином виде отчуждения жилья является неполучение согласия супруга на совершение сделки с нажитым во. время брака имуществом. В соответствии со ст. 35 СК сделка, совершенная одним из супругов, может быть признана судом недействительной по требованию другого супруга, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о несогласии этого супруга на совершение данной сделки.

Если в жилом помещении проживают несовершеннолетние, то родители, усыновители, опекуны (попечители), приемные родители не вправе без предварительного разрешения органов опеки и попечительства совершать либо давать согласие на совершение сделок по отчуждению, в том числе: обмену или дарению имущества подопечного, сдаче внаем (аренду), в безвозмездное пользование или залог; сделок, влекущих отказ от принадлежащих подопечному прав, раз дел его имущества или выдел из него долей, а также любых других сделок, влекущих уменьшение имущества подопечного.

Даже в случае, когда отчуждаемая недвижимость не принадлежит несовершеннолетнему, на снятие несовершенно летнего с регистрационного учета требуется предварительное разрешение органов опеки и попечительства.

При отсутствии разрешения органов опеки и попечительства заключенный договор по отчуждению имущества будет признан недействительным в порядке ст. 168 ГК, как повлекший нарушение жилищных прав и интересов несовершеннолетних детей, владевших жилым помещением или проживавших в нем.

Что касается несовершеннолетних, на момент приватизации с 1992 до 11 августа 1994 г. проживавших в жилом помещении и не включенных в число собственников (а так зачастую и было), они могут, став совершеннолетними, признать совершенную их родителями сделку по отчуждению жилья незаконной.

Хотя по закону собственник недвижимости вправе беспрепятственно распоряжаться своей собственностью, между тем, если в договоре об отчуждении жилого помещения не будет условия о правах остающихся в нем проживать, та кой договор может быть признан недействительным, как совершенный с нарушением закона. Это правило применимо и к договорам мены (обмену), поскольку на них согласно ст. 567 ГК распространяются правила о купле-продаже жилого помещения.

Очень часто в суды обращаются наследники по закону пожилых лиц, которые перед смертью находились в лечебных учреждениях или находились на обслуживании в учреждениях социальной защиты. Врач или работник социальной защиты, постоянно оказывающий по долгу службы (работы) помощь, становится для старого человека более близким человеком, чем родственники. Пожилые люди, в конце жизни воспринимающие мир не совсем адекватно, отдают им все, что было нажито за годы своей жизни. Однако в соответствии со ст. 575 ГК совершение безвозмездных сделок, превышающих 5 МРОТ, запрещено. В настоящее время опытные «работники — обольстители стариков», уже зная о существовании этого запрета, не заключают договоры дарения, а под их видом совершают либо куплю-продажу, либо договор ренты или иной возмездный вид договора. В этой ситуации родственникам необходимо обращаться в суд по двум основаниям признания сделки недействительной. Признавать ее притворной (ст. 170 ГК), доказывать, что в действительности со стороны врача или соцработника никаких обратных действий по исполнению сделки не было (деньги, содержание и т.п.), фактически недвижимость была подарена, а дарение работникам лечебных, воспитательных учреждений, учреждений социальной защиты, запрещена, т.е. противоречит закону (ст. 68 ГК).

Примеры

…При рассмотрении заявленного истцом требования о признании недействительными сделок, совершенных гражданином П. с ответчиком, суд пришел к выводу о. признании иска подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

По заключению судебно-лсихиатрической экспертизы гражданин П. в момент заключения сделок с ответчиком не мог понимать значение своих действий и руководить ими. В связи с этим указанные сделки должны быть признаны судом ничтожными. Суд доверяет заключению судебно-психиатрической посмертной экспертизы, так как заключение дано на основании тщательно исследованных медицинских документов, в том числе из ПНД № 19, где П. состоял на учете с 1970 г.

Суд указал, что не может принять во внимание доводы представителя ответчика о том, что выход П. из стационара психиатрической больницы в 1990 г. и отсутствие в суде материалов с ходатайствами лечебных учреждений об ограничении дееспособности П., а также ходатайства о назначении опекуна органами опеки и попечительства, говорит о том, что за период лечения психическое состояние П. было признано вполне удовлетворительным для проживания в обществе.

…Истцом были заявлены исковые требования о признании сделки по продаже квартиры недействительной. Судом установлено, что М. с 1998 г. числилась на учете в наркологическом диспансере № 4, неоднократно проходила лечение в наркологической клинической больнице № 17. По заключению посмертной судебной психиатрическо-наркологической экспертизы психические нарушения у М. были выражены в столь значительной степени, что это лишало ее способности понимать значение своих действий и руководить ими в момент заключения договора купли-продажи.

После проведения данной экспертизы ответчик представил в суд расписки М. от 1 января, 12,13, 15,16 февраля, 25 марта, 25 апреля 2000 г., а также расписку без даты (со слов ответчика, она была написана М. 25 апреля 2000 г.) о получении денег за проданную квартиру, об одобрении сделки по купле-продаже квартиры и о передаче спорной квартиры. По мнению ответчика, написанные М. расписки являются подтверждением одобрения ею совершенной сделки по купле-продаже квартиры. По ходатайству представителя истицы Латыновой Е. определением Останкинского суда г. Москвы по данному делу была назначена дополнительная посмертная судебная психиатрическо-наркологическая экспертиза для установления способности М. понимать характер и значение своих действий в период с 1 января 2000 г. до момента ее смерти 5 августа 2000 г.

Согласно заключению комиссии экспертов изменения психики у М. нарастали в течение длительного времени и сформировались задолго до интересующего суд периода, имели неуклонно прогрессирующий и необратимый характер, степень их выраженности столь значительна, что лишала М. способности понимать значение своих действий и руководить ими с 1 января 2000 г. по 5 августа 2000 г., включая моменты написания ею расписок и заключения договора купли-продажи квартиры. Суд указал, что доверяет заключениям проведенных экспертиз, поскольку каких-либо оснований сомневаться в их объективности не имеется.

Суд признал сделку с вышеуказанной спорной квартирой недействительной по основаниям, указанным в ст. 177 ГК, так как на момент заключения договора купли-продажи квартиры М. не могла понимать значение своих действий и руководить ими.

…Истица Ж. подала в суд исковое заявление о признании недействительным договора купли-продажи принадлежащей ей комнаты. При этом истица ссылалась на то, что по своему психическому состоянию в период заключения сделки она не могла понимать значение своих действий. Однако иск Ж. к соседу Ч. не был удовлетворен на основании заключения судебно-психиатрической экспертизы о психическом состоянии Ж. на период заключения договора купли-продажи комнаты в 1993 г. Вывод экспертизы состоял в том, что не представляется возможным дать заключение о психическом состоянии Ж. и ее способности понимать значение своих действий и руководить ими в указанный период. Такой вывод был основан на отсутствии медицинской документации с описанием психического состояния истицы в интересующий суд период, хотя на момент проведения экспертизы комиссия пришла к заключению, что Ж. страдает церебральным атеросклерозом с выраженными изменениями психики.

…Истцом было заявлено требование о признании не действительной приватизации жилого помещения, в котором до своей смерти проживал психически больной человек. По делу была проведена посмертная судебно-психиатрическая экспертиза, согласно которой умерший не мог отдавать отчет своим действиям и руководить своими поступками как в момент подачи заявления на приватизацию квартиры, так и в момент под писания договора безвозмездной передачи жилья в собственность.

Согласно Закону о приватизации каждый гражданин имеет право на однократную бесплатную приватизацию занимаемого им жилого помещения, а согласно ст. 5 Закона РФ от 2 июля 1992 г. № 3185-1 «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании» лица, страдающие психическими расстройствами, обладают всеми правами и свободами граждан, предусмотренными Конституцией и иным законодательством Российской Федерации. Ограничение прав и свобод лиц, страдающих психическими заболеваниями, только на основании психиатрического диагноза не допускается. В соответствии со ст. 35 Конституции и ст. 18 ГК каждый вправе иметь имущество в собственности, совершать любые не противоречащие закону сделки. Какие-либо ограничения в реализации вышеуказанных прав для психически больных лиц законодательством не установлены. Кроме того, п. 2 ст. 171 ГК установлено, что сделка, заключенная недееспособным, может быть признана судом действительной, если она совершена к выгоде недееспособного.

Таким образом, сделка, заключенная недееспособным, недействительна только тогда, когда она нарушает его интересы, которые он в силу стойкого психического заболевания не в состоянии понимать. В силу аналогии закона не каждая сделка, заключенная гражданином, не способным понимать значение своих действий, может быть признана недействительной.

В данном случае приватизация квартиры ни в коей мере не нарушила интересы наследодателя, так как сделка по безвозмездной передаче жилья в его собственность была заключена исключительно к его выгоде.

Ни чьих прав или охраняемых законом интересов при приватизации спорной квартиры нарушено не было. Наследодатель ответчиков, при жизни одиноко проживавший в своей квартире, как и миллионы российских граждан, воспользовался своим правом на приватизацию занимаемой им квартиры.

…Гражданин В. подарил своей падчерице Н. 1/3 долю квартиры. Затем В. обратился в суд с иском о признании данного договора недействительным в части дарения им 1/3 доли квартиры на том основании, что после заключения договора отношение к нему Н. резко изменилось в худшую сторону.

В судебном заседании В. иск поддержал и пояснил, что при совершении сделки понимал, что дарит Н. свою долю квартиры. Однако после того, как он подарил Н. свою долю квартиры, она стала плохо к нему относиться, поэтому он хочет признать данный договор недействительным. Он указал на то, что при заключении указанной сделки как будто находился в каком-то тумане. Истец так же отметил, что, подписывая договор, он заблуждался, т.е. не думал, что отношение к нему падчерицы изменится и его будут выгонять из дома.

Ответчица Н. иск не признала и пояснила, что это отношение отчима к ней изменилось, что скандалы происходят по его вине, а в остальном они как ранее жили, так и живут до настоящего времени.

Суд при рассмотрении этого дела учитывал, что существенное значение имеет заблуждение относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению.

Заблуждения относительно мотивов сделки не имеют существенного значения. Как следует из пояснений истца, он понимал значение своих действий — понимал, что дарит Н. 73 доли квартиры. Истец не является недееспособным или престарелым человеком. Из этого суд сделал вывод о том, что истец не заблуждался относительно природы совершаемой сделки. Его желание признать сделку недействительной на основании изменившихся отношений с ответчицей не может быть признано судом существенным, поскольку оно относится к мотивам заключения сделки и не имеет существенного значения. На основании таких данных суд пришел к выводу о том, что при заключении спорного договора каких-либо нарушений закона или заблуждений истца относительно природы сделки или других его существенных моментов не установлено.

…Истцом были заявлены требования о признании недействительным договора дарения доли ответчика в общей долевой собственности. Судом установлено, что между ответчиком и гражданкой 3. был заключен договор дарения принадлежащей ответчику доли в общей долевой собственности с истцом. Данный договор был заключен без согласия истца. Кроме того, в судебном заседании выяснилось, что фактически между сторонами был заключен договор купли-продажи доли. Факт купли-продажи подтверждался: пояснениями 3. на беседе по данному делу (к последующим ее пояснениям, данным в судебных заседаниях, суд отнесся критически, посчитав, что с учетом ее процессуального положения она пыталась избежать ответственности); распиской ответчика (его подпись на этой расписке подтверждалась заключением почерковедческой экспертизы, не доверять выводам которой у суда оснований не было). При таких обстоятельствах договор дарения явно являлся притворной сделкой. В соответствии с п. 2 ст. 170 ГК притворная сделка, т.е. сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке же, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки применяются относящиеся к ней правила.

В соответствии со ст. 250 ГК при продаже доли в праве общей собственности постороннему лицу остальные участники долевой собственности имеют преимущественное право покупки продаваемой доли по цене, за которую она продается, и на прочих равных условиях. Продавец доли обязан был известить в письменной форме остальных участников долевой собственности о намерении продать свою долю постороннему лицу с указанием цены и других условий, на которых он ее продает. Данная обязанность ответчиком исполнена не была. А в соответствии со ст. 168 ГК сделка, не соответствующая требованиям закона, ничтожна.

…При рассмотрении заявленных исковых требований о признании приватизации и последующего договора купли-продажи квартиры недействительными судом было установлено следующее. Нанимателем квартиры являлся ответчик по делу, кроме него в квартире проживали и были прописаны его 5 несовершеннолетних детей. По доверенности представитель ответчика В. приватизировал спорную квартиру в личную собственность ответчика, не включив несовершеннолетних детей в договор приватизации. Заключенный договор приватизации жилого помещения противоречит ст. 7 Закона о приватизации, согласно требованиям которой в договор передачи жилого помещения в собственность включаются несовершеннолетние, имеющие право пользования данным жилым помещением и проживающие совместно с лицами, которым это жилое помещение передается в общую с несовершеннолетним собственность или несовершеннолетние, проживающие отдельно от указанных лиц, но не утратившие право пользования данным жилым помещением. Исходя из изложенного, суд признал договор приватизации жилого помещения недействительным по основаниям ст. 168 ГК, т.е. сделкой, не соответствующей требованиям закона.

Было также установлено, что через 20 дней после приватизации жилого помещения ответчик через своего представителя В. продал спорную квартиру гражданину Ш. Семья Ш. прописалась в купленную ими квартиру, сделала дорогостоящий ремонт и проживает там до настоящего времени.

Бесспорно установлено, что до приватизации и последовавшей за ней продажей спорной квартиры несовершеннолетние дети и сам ответчик были вывезены из этой квартиры и стали проживать без законных на то оснований в четырехкомнатной квартире, при этом оставаясь зарегистрированными в спорной квартире.

Из объяснений детей усматривалось, что их отец зло употреблял спиртными напитками, приводил в гости в новую квартиру большое количество посторонних лиц, с которыми распивал спиртные напитки, не кормил детей и что они вынуждены были обратиться в органы опеки рай она, поскольку жить им было негде.

Судом было установлено, что заключенный ответчиком договор купли-продажи квартиры противоречил требованиям ст. 3 Закона о приватизации, в силу которого для совершения сделок в отношении приватизированных жилых помещений, в которых проживают несовершеннолетние (независимо от того, являются ли они собственниками или членами семьи собственников, в том числе бывшими), имеющие право пользования жилым помещением, требуется предварительное разрешение органов опеки и попечительства.

Как установлено, разрешение на отчуждение квартиры ответчиком от органов опеки и попечительства не было получено, несмотря на то что дети были зарегистрированы в продаваемой квартире. Таким образом, сделка купли-продажи спорной квартиры повлекла за собой утрату несовершеннолетними спорного жилого помещения. Кроме того, деньги от продажи представитель ответчика использовал на приобретение для него и детей жилого помещения меньшей площадью, на первом этаже, к тому же холодного и сырого, малопригодного для проживания несовершеннолетних детей.

Доводы Ш. о том, что они являются добросовестными приобретателями, суд отверг по следующим основаниям:

1) при заключении договора купли-продажи супругов Щ. не обеспокоила та ситуация, что они приобретали квартиру у представителя собственника и что в квартире никто не проживал;

2) Ш. приобрели квартиру за цену намного ниже стоимости таких же четырехкомнатных квартир, что также должно было обеспокоить покупателя;

3) квартира требовала капитального ремонта, и, исходя из объяснений Ш., краны на кухне и в ванной комнате не работали, ванная протекала, газовая плита была в нерабочем состоянии, обои висели клочьями, двери были грязные и требовали замены. Из всего этого можно было сделать определенный вывод о владельце квартиры;

4) из объяснений Ш. следовало, что они не интересовались фактом регистрации несовершеннолетних детей и других лиц в этом жилом помещении, хотя знали о наличии такой регистрации.

…Истцом было заявлено требование о признании не действительным договора купли-продажи комнаты с правом пожизненного содержания. Судом установлено, что гражданка 3. заключила договор пожизненного содержания с ответчицей. Согласно этому договору 3. передала бесплатно в собственность ответчицы принадлежащую ей по праву собственности комнату, взамен ответчица обязалась пожизненно содержать 3., обеспечивая питанием, одеждой, уходом и необходимой помощью. Сумма ежемесячного материального обеспечения (питания, одежды, ухода и необходимой помощи) была определена сторонами в размере 7 МРОТ.

Истец посчитал, что договор пожизненного содержания является недействительным ввиду его ничтожности. Согласно п. 2 ст. 170 ГК притворная сделка, т.е. сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки, применяются относящиеся к ней правила.

Установлено, что ответчица работала социальным работником в отделении медико-социальной помощи на дому Комитета по социальным вопросам администрации района и на ее обслуживании до своей смерти находилась 3. Ответчица оказывала 3. помощь только в пределах своих должностных обязанностей и за свой счет ни чего не приобретала.

Таким образом, ответчица приобрела спорную комнату безвозмездно, фактически комната была ей подарена, поэтому к данной сделке должны быть применены правила дарения.

Согласно ст. 575 ГК не допускается дарение, за исключением обычных подарков, стоимость которых не превышает 5 МРОТ, работникам лечебных, воспитательных учреждений, учреждений социальной защиты и других аналогичных учреждений гражданами, находящимися в них на лечении, содержании или воспитании, супругами и родственниками этих граждан. Руководствуясь этим требованием, ответчица не вправе была принимать безвозмездно спорную комнату.

На основании ст. 168 ГК сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

…В суде рассматривалось дело о признании договора купли-продажи квартиры недействительным, так как ответчиком не была уплачена истице указанная в договоре стоимость этой квартиры.

В соответствии со ст. 454 ГК по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму.

В ходе судебного заседания было установлено, что ответчик не выплатил истице денежную сумму за квартиру, а истица после заключения договора купли-продажи квартиры ее не освободила, т.е. не передала вещь покупателю. Таким образом, сделка не отвечает требованиям закона и является недействительной в силу ст. 168 ГК.

..Истицей были заявлены требования о признании догам вора мены комнаты недействительным. В соответствии со ст. 170 ГК мнимая сделка, т.е. сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Судом было установлено, что фактически договор мены, заключенный между ответчиком и гражданкой Г., является мнимой сделкой. Согласно ст. 567 ГК по договору; мены каждая из сторон обязуется передать в собственность другой стороны один товар в обмен на другой. Между тем в течение восьми лет после заключения договора никто из сторон не передавал другой стороне принадлежащие им жилые площади. Ответчик даже не знал о том, что в договоре допущена ошибка в размерах комнат, и не интересовался все восемь лет приобретенным по обмену жилым помещением. Спорной комнатой ответчик не пользовался, не распоряжался и обязанности собственника не исполнял. В то же время Г. никогда не говорила о существовании договора мены и до конца жизни проживала, беспрепятственно пользуясь спорной комнатой. Она (впоследствии истица) несла расходы по содержанию спорной комнаты. В права владения, пользования; комнатой, полученной по обмену, Г. не вступала и в ней не регистрировалась. Ответчик в течение восьми лет так же не заявлял требований об освобождении спорной комнаты. После заключения договора мены истица была зарегистрирована по месту жительства к своему мужу в эту комнату.

Согласно ст. 168 ГК сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна. В соответствии с п. 2 ст. 567 ГК к договору мены применяются соответственно правила о купле-продаже, если это не противоречит правилам гл. 31 «Мена» ГК и существу мены.

Согласно ст. 558 ГК существенным условием договора продажи жилого дома, квартиры, части жилого дома или квартиры, в которых проживают лица, сохраняющие в соответствии с законом право пользования этим жилым помещением после его приобретения покупателем, является перечень этих лиц с указанием их прав на пользование продаваемым жилым помещением.

Однако в нарушение этого требования и соответственно ст. 17 Конституции, не позволяющей осуществлять права и свободы человека и гражданина в нарушение прав и свобод других лиц, комната была обменена без указания на то, какие права остаются или какие новые права пре доставляются проживающему на момент обмена в спор ной комнате ответчику. Более того, ответчик вправе был участвовать в приватизации спорной комнаты, однако от казался от участия в пользу Г.

Юридическая консультация онлайн

Заполните, пожалуйста, форму: имя, как к Вам обращаться, Ваш контактный телефон, город в котором проживаете и ваш вопрос (можно кратко - например, вопрос по разделу имущества).